«Братская штамповка». Обращение о нарушениях следствия следователя СО по г.Братску

«Братская штамповка». Обращение о нарушениях следствия следователя СО по г.Братску

508
1

Фото в кабинете у следователя Хохлова. СО по г.Братску «Тяжелая гиря следствия». Зачем нужна эта конструкция остаётся только догадываться…

u-sledovatelya-2Меня зовут Илья (Илья Владимирович Ефремов). Я кандидат исторических наук, доцент Братского государственного университета. В декабре 2015 года после моей ссоры с женой, Следственным комитетом города Братска (СО по городу Братск СУ СК РФ по Иркутской области) в отношении меня было возбуждено уголовное дело. Сначала по части 2 статьи 139 УК РФ (Незаконное проникновение сопряженное с насилием), а позже – по части 2 статьи 330 УК РФ (Самоуправство с применением насилия).

Меня обвиняли в том, что я, приведя с прогулки нашего общего с женой несовершеннолетнего сына, якобы, несмотря на запреты жены, оттолкнув ее тыльной стороны ладони (в обвинительном заключении и в других материалах так и записано – оттолкнул) от входной двери, прошел в квартиру, дал советы по воспитанию ребенка, а затем вышел. В качестве отягчающего вину обстоятельства (необходимого для части 2 статьи 330 УК РФ) фигурирует существенный вред в виде нарушения конституционного права на неприкосновенность жилища.

Никакого насилия я не осуществлял (да в деле и нет ни единого задокументированного синяка или чего-то подобного). С женой на момент конфликта мы находились в законном браке и не планировали разводиться.

В квартире, в которую я якобы незаконно проник, жена не была прописана. Она до сих пор вместе со мной и нашим малолетним сыном зарегистрирована у моих родителей.

С первого моего вызова к следователю я представил ряд доказательств, неопровержимо свидетельствующих о том, что заявительница сделала заведомо ложный донос и объяснил причины ее поведения. Тем не менее, следователь сфальсифицировал ряд документов, в том числе запросы в наркологический и психоневрологический диспансеры, ряд других структур (на запросах указано, что информация запрашивается в рамках расследования уголовного дела с номером, не соответствующим номеру, который в дальнейшем был присвоен возбужденному в отношении меня уголовному делу), подделал даты на протоколах (то, что даты стерты и исправлены видно невооруженным глазом) и возбудил уголовное дело по статье 139 УК РФ. Как выяснилось совсем недавно, один из следователей – следователь по особо важным делам М.В. Бондарчук (он, кстати, и заканчивал расследование моего уголовного дела) ранее был знаком с моей супругой и посоветовал дать ход ее ложному заявлению. Переквалификация обвинения на более тяжелую 330 статью УК РФ произошла после того как я сообщил, что не намерен мириться с произволом следователя и подал на него и на его руководителя ряд жалоб.

Я точно знаю, что дело в отношении меня было заведено в погоне за улучшением статистики раскрываемости (все произошло перед Новым годом). Кроме того, мне достоверно известно о том, что следователи Следственного комитета города в 2015-2016 годах, желая «срубить палку», наштамповали множество дел похожих на мое.

В числе прочего – возбудили уголовное дело на предпринимателя Альбину Филиппову (предприниматель — громко сказано, у нее небольшая торговая точка) и добились для нее условного срока якобы за то, что она якобы назвала козлом судебного пристава.

Девушку, которая на почте в Братске работает и флешку с диктофоном встроенным на Алиэкспрессе заказала, запутали с помощью адвоката и сейчас уже тоже дело по ней передали в суд. Могу легко привести еще 4-5 подобных примеров.

 И это при том, что по настоящим преступлениям, в которых фигурируют, например, сотрудники правоохранительных органов, братские следователи неизменно выносят постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Так было, например, в мае – июне 2016 года, когда, несмотря на показания свидетелей и доказательства в виде аудиозаписей на телефоне Алексея Житникова – капитана ГУФСИН, которого на протяжении нескольких часов прямо в отделении избивали сотрудники братской полиции, он так и не был признан пострадавшим, а сотрудники полиции – виновными в превышении должностных полномочий и пытках.  Аналогичная история произошла и с Сергеем Боровковым, которого сотрудники полиции вообще едва не задушили в отделении полиции № 2. Несмотря на то, что описываемые им издевательства происходили прямо перед видеокамерой, установленной в помещении отделения полиции, следователь по особо важным делам М.В. Бондарчук, изъяв видеозаписи, не усмотрел в их содержании ничего криминального и отказал в возбуждении уголовного дела.

По возбужденному в отношении меня уголовному делу № 49308 следователь Н.В. Хохлов категорически отказывался допрашивать заявленных мной свидетелей А.А. Смертин и Ю.С. Канунников), показания которых опровергали показания заявительницы и подтверждали мою невиновность. Допрошены они были только после моих неоднократных заявлений в прокуратуру города Братска. Кроме того, только после обращения в прокуратуру следователь наконец-то изъял и описал СМС-сообщения с моего мобильного телефона, которые также опровергали показания Ефремовой В.К. и свидетельствовали о том, что я стал жертвой оговора. Правда, из 671 сообщения имевшегося в памяти телефона он выбрал лишь малую часть, с содержанием, так или иначе, подтверждающим версию следствия.

Уже на этом этапе расследования отношение следователя Н.В. Хохлова ко мне и к адвокату В.В. Зарубину, с которым я заключил соглашение о правовой защите (от первоначально назначенного мне «государственного» защитника М.В. Куракина я отказался сразу же, как мне стало понятно, что он действует со следователем заодно) далеко выходило за рамки служебных.  В наш адрес регулярно звучали оскорбления и угрозы, в том числе и угроза изменения мне меры пресечения на заключение под стражу, а также угроза подать жалобу на действия адвоката В.В. Зарубина в коллегию адвокатов и добиться лишения его адвокатского статуса.

После выполнения нами требований статьи 215 УПК РФ, когда мы с адвокатом В.В. Зарубиным получили доступ к материалам уголовного дела (мы заявили о желании совместно знакомиться с материалами уголовного дела) и обнаружили документальные свидетельства фальсификации Н.В. Хохловым служебных документов, мы начали подавать жалобы на незаконные действия следователя не только в прокуратуру города Братска, но и в Следственный комитет Российской Федерации, а также в Генеральную прокуратуру.   

Результатом этого стало вынесение следователем подложных рапортов о наших якобы неявках на процедуру выполнения требований статьи 217 УПК РФ (это при том, что у нас имеются отметки Н.В. Хохлова во всех, выданных им повестках, о нашей своевременной явке на следственные и процессуальные действия) и ходатайство перед Братским городским судом об ограничении нас в сроках ознакомления с материалами уголовного дела. Что особенно важно – в ходатайстве Н.В. Хохлов якобы случайно указал о том, что я заявило о желании знакомиться с делом раздельно от адвоката.

Стремясь покуражиться и подчеркнуть свою вседозволенность, Н.В. Хохлов ежедневно выдавал мне по три повестки на разное время (преимущественно рабочее время), требуя при этом, чтобы по каждой из них я к нему явился без малейшего опоздания. В отсутствие адвоката (он был на следственных и процессуальных действиях по другим уголовным делам, о чем заблаговременно предупреждал следователя Н.В. Хохлова) я, не обладая юридическим образованием, вынужден был самостоятельно изучать материалы уголовного дела. И это при том, что в протоколе статьи 215 УПК РФ четко зафиксировано мое желание заниматься ознакомлением с материалами дела совместно с адвокатом.

После того как суд на основе подложных рапортов 20 февраля 2016 года незаконно ограничил нас с адвокатом в сроках ознакомления (29 марта 2016 года данное решение Иркутским областным судом данное решение было отменено) следователь Н.В. Хохлов открытым текстом заявил мне, что если я не прекращу на него жаловаться, я наживу себе серьезные неприятности и обвинение по части 2 статьи 139 УК РФ покажется мне сущим пустяком в сравнении с тем, что будет вменено мне в вину.

В дальнейшем своими действиями Н.В. Хохлов подтвердил серьезность своих угроз. В марте 2016 года обвинение в отношении меня было переквалифицировано на более серьезную статью УК РФ, предусматривающую уже до 5 лет лишения свободы. Угрозы, фальсификация и другие незаконные действия следователя между тем продолжились, а на жалобы в адрес его руководства неизменно приходил ответ – следователь – это процессуально независимая единица, если он что-то и делает значит так нужно, чтобы расследовать уголовное дело.

Описание всех дальнейших злоупотреблений следователей СО по городу Братск СУ СК РФ по Иркутской области, допущенных при расследовании уголовного дела № 49308 займет не один час. Скажу лишь, что в мае 2016 года следователь Н.В. Хохлов все же был отстранен от расследования, дело получило статус особо сложного (дело о банальной семейной ссоре!!!) и для его расследования был назначен следователь по особо важным делам М.В. Бондарчук.

Незаконно назначив мне в качестве дополнительного защитника адвоката и сфальсифицировав совместно с ним протокол выполнения требований статьи 217 УПК РФ, данный следователь добился передачи дела в суд. Доказательство фальсификации (диктофонная запись), которое я планировал продемонстрировать в ходе предварительного слушания по уголовному делу, судья и прокурор отклонили, дав возможность следователю М.В. Бондарчуку совершив служебный подлог, выйти сухим из воды.

В настоящее время я ежедневно, как на работу, хожу на судебные заседания, где, по сути, продолжается все то же нарушение моих конституционных и процессуальных прав. Несмотря на то, что процесс идет с 26 сентября 2016 года, я так и не получил протокол ни одного из судебных заседаний (4 раза подавал письменные заявления с просьбой предоставить мне их), не могу добиться разрешения осуществлять видеозапись этого открытого судебного процесса, ежедневно сталкиваюсь с неприкрытым хамством председательствующей в процессе судьи М.Н. Тирской, в отношении меня и в отношении слушателей, которые приходят поддержать меня на заседаниях.

Все важные для установления истины по делу ходатайства судом отклоняются, как отклоняются и мои отводы судье и прокурору (всего было заявлено 4 отвода судье М.Н. Тирской и столько же прокурору И.Н. Павлик), мои жалобы председателю Братского городского суда А.И. Сорокожердеву.

Вообще по моему делу мной и моими адвокатами написано уже более двухсот жалоб Президенту, прокурорам и руководителям следственных органов всех уровней, в Общественную Палату РФ, в Общероссийский народный фронт, уполномоченному по правам человека, в Комитет по противодействию коррупции Государственной Думы РФ и во многие другие инстанции. Кроме того, уже около 1000 человек подписали мою петицию, адресованную руководителю Администрации Президента РФ.   

 Во многом именно благодаря этому мне удалось добиться соблюдения хоть какой-то законности по делу. Однако, учитывая тот факт, что оправдательный приговор и прекращение уголовного дела означало бы серьезные проблемы для следователей, в том числе для руководителя СО по городу Братск А.С. Сироты и заместителя СУ СК РФ по Иркутской области Е.С. Касьянникова, «темные силы» всячески стремятся продавить обвинительный приговор.

Мне достоверно известно, что на судью М.Н.Тирскую оказывалось и оказывается давление с целью склонения ее к вынесению ею удобного правоохранителям решения. Тем не менее, учитывая тот факт, что доказательства моей невиновности налицо, судья колеблется. Пока колеблется!  

Сдаваться и опускать руки я не намерен – готовлю сейчас ряд обращений, в том числе и в международные правозащитные организации. Буду добиваться справедливости.

С уважением, И.В. Ефремов, Братск.

Поделись с друзьями
Share on VKShare on FacebookEmail this to someonePrint this page

1 КОММЕНТАРИЙ

Comments are closed.