Домой Сибирь без цензуры #ВместеПротивПыток Понесут ли наказание сотрудники исправительной колонии для несовершеннолетних?

Понесут ли наказание сотрудники исправительной колонии для несовершеннолетних?

408
0

Сомнения в объективности расследования дела, где подсудимые обвиняют сотрудников в жестоком обращении с ними, а также предотвращение очередного бунта в исправительной колонии для несовершеннолетних в г. Ангарске стали причиной серьезной дискуссии между правозащитниками и представителем СУ СКР по Иркутской области. Разговор состоялся в Общественной палате Иркутской области. На заседании присутствовали председатель правления ИРПОО «Сибирь без пыток» Святослав Хроменков, начальник аппарата Уполномоченного по правам человека в Иркутской области Владимир Ковалев, руководитель первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР по Иркутской области Василий Белоусов, заместитель председателя ОНК Наталья Хроменкова, руководитель аппарата Уполномоченного по правам ребенка в Иркутской области Татьяна Афанасьева.
«Мы, как правозащитники, полагаем, что расследование проводится не объективно, и бунт произошел именно в результате жестокого обращения с заключенными…», — обозначил тему беседы Святослав Хроменков.
В марте 2015 года несовершеннолетние, отбывающие наказание в исправительной колонии г. Ангарска, устроили бунт, который сопровождался поджогами, погромами и другими беспорядками.  Примечательно, что подобные инциденты уже были в 2008 и 2010 годах. Причиной таких радикальных мер со стороны подростков  стало уже доказанное следствием жестокое обращение сотрудников колонии. В ходе расследования было выявлено несколько фактов серьезных  нарушений: причинение телесных повреждений различной степени тяжести, превышение должностных полномочий и другие неправомерные действия сотрудников исправительного учреждения. Официально зафиксировано 11 эпизодов избиения несовершеннолетних заключенных. При этом лишь четыре человека написали заявления.
ГУФСИН отреагировал на ситуацию с правонарушениями со стороны сотрудников колонии принятием комплекса мер: уволены начальник и некоторые сотрудники колонии, в исправительном учреждении стали проводиться специальные тренинги для работников исправительной колонии. «Что там, в стенах колонии сейчас происходит и эффективны ли эти меры, никто не знает, ведь никто это не контролирует», – отмечает Святослав Хроменков.
Что же касается расследования, то Василий Белоусов заверил, что расследование идет в рамках закона, обвиняемые, пострадавшие и свидетели допрашиваются.  Уже заведено 3 уголовных дела, на данном этапе расследования,  это дела за халатность, избиение и бунт, но так как появляются все новые детали в делах, срок расследования продлен и  конкретизировать статьи УК еще рано. Следствие затрудняется еще тем, что некоторые из пострадавших или свидетелей уже вышли на свободу, переехали, и т.п. Бывает, что просто нет конкретных имен или не хватает фактов. В ходе беседы Владимир Ковалев затронул вопрос об адвокатах: кто их назначает и добросовестно ли они выполняют свои обязанности? Но Василий Белоусов не смог ответить на этот вопрос, не имея точной информации.
Татьяна Афанасьева обратила внимание, что детям-заключенным не хватает культурных программ, это и выезды в музеи, и театры и другие мероприятия. Такой опыт уже был, и он приносил свои положительные плоды. Но сейчас программа закрыта и надежды на ее возвращение мало. Татьяна Афанасьева рассказала, что задача, аппарата Уполномоченного по правам ребенка – проследить за судьбой несовершеннолетних заключенных: «Были сделаны несколько выездов, где проводились беседы с бывшими заключенными и теми, кто еще находится в исправительной колонии, но, к сожалению, они не стали писать заявления, которые несли бы правовую основу. Дети рассказали, как педагоги были свидетелями происходящего и молчали. К сожалению, никто из педагогов не признался, что видел происходящее».  На что Василий Белоусов повторил, что для заведения уголовного дела нужны факты и имена.
Владимир Ковалев выразил обеспокоенность в отношении объективности органов в ходе следствия: «Тот опыт, который мы имеем по расследованиям, а именно совершению должностных преступлений, он показывает, что очень часто следователи допускают такую принципиальную ошибку в оценке доказательств. А именно, например, мы читаем о составе уголовного дела, где говорится о преступлении, где сотрудник говорит, мол, я ничего не нарушал, а  в показания пострадавшего, пусть он осужденный или нет, говорится, что этот сотрудник меня бил, унижал и т.д. Есть противоречие. И мы совершенно четко по материалу видим, что следствие занимает сторону сотрудника в погонах. Принцип объективности оценки отсутствует. Хотя правовые позиции европейского суда совершенно четко сформулированы, и обязательны для нас для всех. Черным по белому сказано, что показания сотрудников государственных органов должны оцениваться критически, потому что они имеют заинтересованных, и не в меньшей мере, чем показания других лиц! У нас же это отсутствует. Если это осужденный, он заведомо лжет. Конечно, как можно сделать виноватым сотрудника, «невинного» и «чистого»? Мы очень надеемся, что в этом деле не будет такого!»
Все присутствующие на заседании обратились к Василию Белоусову с просьбой проконтролировать ход расследования и отметили, что в век информационной доступности о каких-то нарушениях будет немедленно всем известно, а проследить за справедливостью расследования и работой ГУФСИН – это их принципиальная задача.
В целом все присутствующие остались довольны тем, что встреча была проведена.
Комментарий председателя правления ИРПОО «Сибирь без пыток», Святослава Хроменкова:
«Это наша общая проблема. Нельзя обвинять кого-то конкретно. Мы все сработали плохо: и общество, и общественная палата, и правозащитники, и правоохранительные органы, допустили это вообще. Я считаю, что при нормальных правоотношениях, при действии всех государственных институтов, такая ситуация не могла бы произойти. Относительно переквалификации виновных сотрудников, сейчас должен дать оценку следственный комитет, его позиция должна бы принципиальной, сотрудники должны быть, безусловно, привлечены. Это нужно не только мне, а обществу в целом, для того чтобы упорядочить правоотношения. Скажем так, если затор в трубе, то ее надо прочистить! Чтобы вода пошла. А вода – это жизнь! И тут также необходимо прочистить эту ситуацию. Всех виновных привлечь к ответственности и раздать по заслугам! И жить дальше, расставив для себя какие-то приоритеты. У нас в воспитательной колонии необходимо создать условия для воспитанников, где не будет подобных рецидивов, не будет жестокого обращения, правонарушений со стороны сотрудников или других заключенных. Тут они должны перевоспитываться и выходить в общество нормальными гражданами и смогут приносить пользу! Те действия, которые нами предпринимаются, в том числе и ГУФСИН, должен эти действия предпринимать. Ну, на сколько я знаю, они разместили на своем сайте информацию,  в течение месяца они провели несколько мероприятий. Они с подростками работают. Мы в свою очередь обязательно проведем встречу уже по итогам проделанной работы».


Ольга Конева, для «БГ Иркутск»

 

Поделись с друзьями
Share on VK
VK
Share on Facebook
Facebook
Email this to someone
email
Print this page
Print